Вверх

О теле и духоте. «Золотая перчатка» Фатиха Акина

Новая лента немца турецкого происхождения, посвященная одному из самых известных в Германии серийных убийц, успела наделать шуму на Берлинском фестивале, получить звание одного из самых скандальных фильмов года (не совсем заслуженно) и награду немецкой киноакадемии за лучший грим (абсолютно заслуженно).

Фильм рассказывает реальную историю Фрица Хонки, маньяка, орудовавшего в Гамбурге в начале 1970-х. Фриц, человек малоприятный как внешне (ярко выраженное косоглазие, редкие сальные волосы, кривые зубы и начинающий расти горб), так и внутренне, даже в своей преступной деятельности поступал максимально отталкивающим образом. Своих жертв, выброшенных на задворки жизни престарелых одиноких алкоголичек, он искал в одном из самых злачных мест Санкт-Паули — баре «Золотая перчатка». Незатейливо завлекая их к себе домой при помощи бутылки, он насиловал и душил несчастных, а после расчленял тела, часть которых выбрасывал на ближайшую свалку, а часть с непостижимой целью замуровывал в стене своей квартиры.

Фатих Акин, доселе снимавший печальные истории о непростых взаимоотношениях турецких иммигрантов с коренными жителями и властями Германии, а также собственной культурой и соотечественниками, на этот раз решился на эксперимент. Для описания «Золотой перчатки» даже само слово «история» подходит с трудом. Это не детектив, не социальная или криминальная драма и уж тем более не байопик. Из традиционных жанров ему больше подходит лишь хоррор, и то с известной долей условности. Несмотря на последовательное изложение событий и отсутствие в картине каких-либо сценарных изысков, рассматривать ее как традиционное повествование не стоит. Среди персонажей едва ли можно найти, кому сопереживать или (очень хочется надеяться) с кем себя отождествить. «Золотая перчатка» — это не фильм-рассказ, а фильм-погружение. Своеобразный аттракцион «почувствуй себя в роли жертвы самого душного маньяка в истории кино».

Именно на погружение, а не на раскрытие героев или нарратив, в фильме работает буквально все. От грима, сделавшего из привлекательного молодого актера Йонаса Дасслера кривозубого горбуна средних лет, до детально воссозданных интерьеров дешевого портового бара и квартиры неудачника-эротомана. От обилия не самых приятных крупных планов Хонки и его жертв до игры актеров, передающей не столько внутренние переживания, сколько реакцию (или ее отсутствие) на происходящее. Главная цель автора — не заставить зрителя проживать историю и не просветить его, а перенести из кресла кинотеатра в места, оказаться в которых ни у одного здорового человека желания не возникнет. Вдобавок за компанию с человеком, именем которого в 70-е пугали гамбургских детей.

Примечательно, как режиссер, всегда проникающийся проблемами своих героев и старающийся в каждом из них найти свет, в своей последней картине напрочь отказался показывать душевные терзания персонажа. Это совсем не про путешествие в голову маньяка: автора не интересуют ни мотивы его поступков, ни дилемма, перед которой он встает. Он ни капли не сочувствует ему сам и не пытается пробудить сочувствие у зрителя. Он лишает Хонку права на сколь-либо глубокий внутренний мир и оставляет его лишь в мире телесном. «Перчатка» — фильм вообще очень телесный, его грубая материальность буквально проступает сквозь экран. Приятнее от этого, разумеется, не становится.

Впрочем, шокирующим фильм не назовешь. С куда более наглядной демонстрацией насилия в самых разных формах мы уже сталкивались не раз и не два. Так что на звание самого скандального фильма года «Перчатка» претендует едва ли, а вот на звание самого отталкивающего — вполне.

В кино с 30 мая.