Back

Наследие Ардженто

«Суспирия» — потрясающий триллер, местами даже хоррор, родом из 1977 года. Это каноничная классика с первой до последней минуты, и все там такое близкое и хорошо узнаваемое: большинство последовавших за «Суспирией» фильмов в этом жанре что-то да заимствовали. «Суспирия» — первый фильм из трилогии режиссера Дарио Ардженто с названием «Три Матери» и, по совместительству, самый удачный. Последовавшие за ней «Инферно» (1980) и «Мать слез» (2007) успеха «Суспирии» не повторили. Речь, конечно, пойдет о новом фильме, но надо же ввести всех в курс дела.

Точного перевода у слова suspiria нет. С латинского мертвого это — «диспноэ», то есть, одышка, нарушение частоты и глубины дыхания. Если продолжить поиски, можно наткнуться на творчество Томаса Квинси с названием «Suspiria de Profundis», что переводится как «Воздыхания из глубины души». Частично фильм основан именно на этой книге. Сюжет вращается вокруг главной героини, Сьюзи Беннион — американской танцовщицы, которая решила прокачать свое мастерство в знаменитой школе танцев в Германии. В самом начале, в проливной дождь, девушка пытается попасть в школу, однако ей по каким-то причинам отказывают. Из-за этого девушка вынуждена остаться в отеле. Однако перед тем, как уехать, она становится свидетелем странной картины: ученица школы стремительно сбегает с крыльца, выкрикивая кому-то напоследок очень странные вещи. Наутро Сьюзи занимает в школе место этой самой девушки, которую по удачному стечению обстоятельств отчислили за день до.

 

Далее события развиваются не в меру стремительно для европейского фильма 70-х. Зато современному зрителю лучше заходит — это один из секретов успеха, полагаю. Второй секрет — очень мощный звуковой фон, который реально бьет по ушам. Пожалуй, от такой гнетущей музыки, а местами просто грамотно синхронизированного шума можно реально двинуться. Очень нервирует и давит на мозги. Именно звуковое сопровождение в первую очередь делает этот фильм неуютным. Ну а третий секрет — цветовая схема. Режиссер использовал взаимодействие красного и синего так круто, что фон в «Неоновом демоне» Рефна и оттенки красного в «Любви» Ноэ уже не кажутся мне такими впечатляющими и волшебными. Серьезно, вот что действительно воодушевляет — так это цвет «Суспирии». Ардженто — гений: он смог создать пугающий, гнетущий и красивый триллер, не трогая при этом фактически ни единую ветку наследия Хичкока. Тут ни на кого, кроме уже упомянутого Квинси, не сошлешься. И вот Лука Гуаданьино, впечатлившись в глубоком тинейджерстве «Суспирией», решил воссоздать культовую ленту со своим видением.

 

На самом деле ремейком новую «Суспирию» никак не назовешь. Это что угодно, но точно не ремейк. Тильда Суинтон уже высказалась на этот счет, назвав ленту кавером, и я с ней согласна. Фильм, который 29 ноября выйдет в прокат в России — это совершенно новая «Суспирия», которую ни в коем случае нельзя сравнивать с лентой Ардженто. И сейчас я расскажу, почему.

 

Динамика. Новая лента на час длиннее прежней, и сильно уступает ей в динамике. Зато есть время насладиться плавным тягучим и красивым действом. Получается, что события в целом развиваются довольно быстро, но мы имеем гораздо больше отступлений и собственно танца, чем в версии Ардженто. Сюжет перенесен в послевоенный Берлин, так что танцуют девушки на фоне политического конфликта, который, по сути, едва ли прорывается сквозь словесную завесу. Он где-то там номинально есть, но свое лицо не показывает — мы просто знаем про его существование, но оно едва ли влияет на сюжет. Все начинается с того, что очень нервная девушка прибегает к психотерапевту, чтобы поделиться своими страхами. Конечно, врач считает ее заявления плодом больной фантазии, но впоследствии ему придется убедиться в обратном. Сцена завершается — и мы снова лицезреем юную танцовщицу, пришедшую в дождь устраиваться в легендарную школу танцев. Разница лишь в том, что в данном случае речь о современном танце, а не о балете — в старой версии школа была классической и, к слову, там учились молодые люди. Ни одного парня вы в новом фильме не найдете.

Сюжет. Время действия, как я уже сказала, отличается: в первой «Суспирии» вообще вневременная история — нет никакого исторического подтекста, по которому что-либо можно было бы определить. Зато есть школа танцев, перелет юной девушки из США в Европу ради мечты и много необъяснимых событий. В новом фильме сюжет имеет бОльшую четкость, есть много дополнительных персонажей и есть действительно красивое танцевальное выступление, к коему весь фильм готовятся главные герои. Которые, к слову, только женского пола. Если мужчины и есть — то они приходят извне: полицейские, разыскивающие пропавшую девицу, психотерапевт — и, собственно, все. Как и всегда, в такой атмосфере не может не зародиться влечения или хотя бы интереса одной женщины к другой. Полфильма я гадала, использует ли Гуаданьино этот бесконечно популярный прием в своей ленте. Использовал. Ну что ж, хотя бы без пошлости и забитых до смерти приемов.

 

Главная героиня, Сьюзи Беннион (Дакота Джонсон), приходит в знаменитую школу танцев, чтобы учиться у еще более знаменитого хореографа — мадам Блан (Тильда Суинтон). На прослушивании она впечатляет абсолютно весь преподавательский состав, так что буквально с первых минут судьба девушки в танцевальной труппе решена. Далее события медленно и плавно развиваются в сторону концерта, на котором коллектив школы должен представить легендарную постановку мадам Блан. Сам по себе танец воплощает немецкий народ, который после унижений и страданий постепенно «встает с колен». Более ничего такого особенного не происходит — взаимодействие главных персонажей изображено довольно вяло, соперничество внутри труппы будто бы присутствует только для вида (то есть, вы его не заметите, даже если сильно приглядитесь), и вся суть в красоте кадра и развитии героини Сьюзи. Но сюжет хотя бы прорисован, потому что в старой «Суспирии» девушка просто приезжает учиться, потом что-то подозревает, потом что-то ищет. При этом танцев практически нет (это в школе танцев-то!), а взаимодействие с прочими героями минимизировано — как если бы они были не важнее стены. Зато саспенс.

В новом же фильме — параллельно, так же медленно и плавно, — развивается вторая история — история психотерапевта. Он скучает по пропавшей во время войны жене, принимает пациентов и подозревает, что в школе происходит неладное. Он даже предпринимает попытку что-то разузнать, которая, конечно, едва ли может закончиться хэппи-эндом. Но это как посмотреть. Не уверена, что без него нельзя было обойтись.

В итоге новая лента чуть больше продумана в плане сюжета, но зато лишает зрителя потрясающих сновидных включений. «Суспирия» Ардженто использует сновидения как один из самых сильных способов повлиять на психику зрителя. Это набор пугающих и необъяснимых кадров, который внезапно начинается, резко обрывается и заставляет гадать, что это вообще сейчас было такое красивое и страшное. Исключаем сны, добавляем лишнего персонажа — и вот она, новая «Суспирия».

 

Актерский состав. Самое главное здесь — тандем Дакоты Джонсон и Тильды Суинтон, который, вероятно, вам уже доводилось видеть в «Большом всплеске». В изначальной версии фильма никакой звездности нет — зато есть очень милая и приятная Джессика Харпер, эдакая Белоснежка в царстве ведьм. (Она, кстати, сыграла в новом фильме третьестепенную роль.) Наличие двух главных героев вместо одного (подобного преподавателя в первом фильме не было совсем) переформирует ход фильма так, что вместо борьбы одного главного персонажа мы наблюдаем тандем, каждая из участников которого имеет вес. Пара преподаватель — танцовщица в итоге трансформируется, но никакого противодействия между гипотетическим злом и добром нет. И самое главное в этом тандеме — его эстетическая ценность. Джонсон и Суинтон прекрасно играют, волшебно двигаются, чарующе улыбаются. Их взгляды, пожалуй, и землю разверзнуть могут. Ради этого стоит смотреть фильм минимум два часа.

 

Еще здесь есть микро-роль Хлои Грейс Моретц, которая все-таки хорошо играет даже в свои 5 минут экранного времени. И — Миа Гот. Прелестная девочка, прославившаяся на самым продуманным, но очень красивым фильмом Вербински «Лекарство от здоровья». Ее роль второстепенна, но актриса искренняя от начала до конца, как если бы она действительно жила под Берлинской стеной.

 

Кульминация. Если в ленте Ардженто все предельно просто и понятно, то Гуаданьино почему-то решил все усложнить. Причем сделал это так грубо и толсто, что получилось гротескное зрелище, похожее больше на стеб, чем на сильный красивый апогей. То есть, это в прямом смысле выглядит как черновик, который второпях накатали на коленке и забыли переснять. Представьте ваши ощущения: два часа подряд вы любуетесь красотой, ожидая, чем же это все кончится — и вдруг наступает такая некрасивая развязка а-ля бюджетный слэшер из 90-х. Это как если страшный драный хвост, отрубленный у крысы, попытались бы вдруг присобачить бесхвостой лохматой лисице. Само собой, приобретенное в первые два часа просмотра впечатление стирается. Можно было сделать тонко, красиво, изящно — просто больше подумать и дольше поснимать. Можно было оставить тайну. Но не так грубо и топорно все вскрыть, в самом деле. Тут Гуаданьино разочаровал. Если грубоватый, но логичный конец «Суспирии» Ардженто можно объяснить и метражом, и семидесятыми годами, и вообще чем угодно — то здесь ожидание себя не оправдывает. Может, Лука и хотел чем-то удивить зрителя, может, это так задумано. Однако сей неожиданный ход выглядит не как будто режиссер все-таки обхитрил зрителя — и придумал такое, чего мы еще не видели. А именно как если бы что-то пошло в его плане не так, а он, вероятно, и не заметил.

Уж извините, мистер Тарантино, но я не понимаю, почему Вы так растрогались после просмотра новой «Суспирии».

 

Музыка. В фильме Ардженто вся музыка создавалась группой «Гоблин». Название, поверьте, объясняет очень многое. В новой картине композитором выступил Том Йорк. Пояснять, конечно, ничего не нужно. Но, на взгляд голодающего по Йорку жителя суровой российской столицы, Йорка там очень мало. Ну буквально. Мне Тома не хватило — и его такая характерная и принципиальная музыка (не)много затерялась в текстурах томных взглядов и современного танца.

Фильм стоит своих двух часов экранного времени. Оставшиеся 32 минуты — на ваше усмотрение.

About the Author /

Шеф-редактор

Post a Comment